Интервью Новости Политика

Как винницкий АТОшник «Гром» консервы «Сепар в сметане» придумал

72982476 2664374863602439 7110774097507778560 o

Ветеран АТО Александр Грамарчук из Винницы, известный среди собратьев и среди широкой общественности под позывным Гром, теперь — на информационном фронте. И, судя по тому, которого «переполоха» он в свое время наделал среди российских пропагандистов своей авторской тушенкой из серии «Сепар в сметане», справляется на этом поприще неплохо. Но, говорит Александр, кроме внешнего, у Украины и внутренних врагов — пятую колонну Москвы. Против нее фронтовик также ведет неустанную борьбу, чем изрядно смущает своих оппонентов.

О том, как сложился военный путь Грома, как возникла идея «Сепара в сметане» и почему проект, скорее всего, будет прекращаться, о попытке заняться политикой и нынешнюю информационную войну, о тату с портретом Зеленского, которое он обещал себе сделать, если получит тысячу заказов на «Сепара…» Александр рассказал в интервью. Разговор получился серьезный, но с долей иронии, ибо без этого, говорит Гром, никак — ни в окопах, ни на фронте информационном.

— Я родился в семье военнослужащего, детские годы прошли в военных городках, когда подрастал, с отцом часто бывал в казармах на полигонах, стрельбищах. Поэтому, в 1999 году, когда закончил школу, мой путь уже у меня голове был «нарисован» — мечтал быть летчиком-истребителем, к этому готовился. Поступил в Харьковский институт Воздушных Сил, все экзамены удалось сдать на отлично. Но немного здоровья подкачало: в кардиограмме нашли некоторые неточности, которые не позволяли быть летчиком-истребителем. Тогда мне предложили освоить наземную специальность в этом же институте.

Был очень разочарован, вообще думал оставить и поступать в следующем году. Были еще предложения вступить в Одесский институт сухопутных войск на факультет аэромобильных войск, можно было вступить в Хмельницкой академии пограничных войск — это тогда было очень в «тренде» — пограничники считались элитой, потому что они и денежное обеспечение хорошее было, и в то время, как известно, очень хорошо «трясли» различные грузы.

Но я, как человек честный, отказался от таких предложений и переписал рапорт на наземную специальность. Окончил по специальности «наземное обеспечение боевых действий авиации» и продолжил свой путь уже в офицерских погонах в различных гарнизонах Украины: Винница, Гайсин, Васильков.

content 90101632 2979745432065379 4355003044648189952 o

В Василькове уже застал Майдан и начало аннексии Крыма и войны. После аннексии Крыма у меня даже не было сомнений, что нужно защищать Украину с оружием в руках. Написал рапорт на добровольное участие в АТО и выбыл на выполнение задач.

В начале я был откомандирован в разные подразделения в качестве психолога. Пытался понять, что чувствует военный перед тем, как вступить в бой, во время боя и после боя. К тому времени я уже прошел переобучение на нескольких курсах, в том числе под эгидой ОБСЕ и НАТО, как военного психолога, и нужна была практика, чтобы помогать людям овладеть собой.

Мы видели, какие были проблемы у ветеранов и Второй мировой войны, и американских ветеранов после Вьетнама, Кореи, у ветеранов, участвовавших в войне в Афганистане. И уже в начале войны я видел, что нас это также не обойдет.

Просился сразу, чтобы меня отправили на «ноль», говорил, сниму погоны, чтобы никто не знал, что я майор, буду говорить, что просто военный психолог, я имел на своей шкуре это почувствовать. Просился, отправили и почувствовал. Было даже такое, что уже с семьей прощался… Но я и большинство моих ребят выжили.

Самое тяжелое, конечно, было в 2014 — в начале 2015 года. Когда из Дебальцево выходили, вообще ужас был. Тогда же понял, что против нас, кроме военных действий, ведется очень мощная информационная война. С того момента уже понемногу начал «впрягаться» в информационное направление.

Вернувшись после «Зенита» в конце сентября 2015 года, начал штудировать материалы, анализировать информационное пространство. Когда перевелся в разведывательного батальона, начал осваивать азы именно информационной войны.

content 83172644 558844504700486 2534649755456241664 n

— И стал героем программы московской пропагандистки Скабеевой со своей тушенкой «Сепар в сметане»…

— Это уже было после увольнения из рядов ВСУ. Это был, так сказать, один из моих «дембельских аккордов». Скабеева не знала, я служу или не служу, но это был очень мощный удар по мозгам россиян и их сателлитов.

— Как возникла идея этой тушенки?

— Мысль что-то делать было давно, еще когда волонтеры возили «снегирей с укропом». Я просто это немного усовершенствовал и сделал так, чтобы это был качественный продукт с хорошей этикеткой, чтобы он классно заходил как военным, так и гражданским.

— Слышал, что планируете прекращать этот проект?

— Да, сейчас планирую его сворачивать, но если заказывают, то отдельные заказы, конечно, делаю. Но так, чтобы это было массовое производство, то этот этап уже прошел. У меня была цель — чтобы как можно больше таких банок появилось в разных уголках Украины — чтобы люди их увидели. Особенно меня интересовало, чтобы эти банки оказались в «серой зоне» или где-то на той стороне. И они там оказались. Появились они даже в РФ. Не знаю, кто передал. Не знаю, что этому человеку лучше сделать: или шею свернуть, или руку пожать… Но когда российский журналист в прямом эфире показывал банка «Сепара в масле», мол «вот людоедские консервы», открывает эту банку, смотрит, вилкой ковыряет, берет на хлеб, пробует: «нормальная вкусная тушенка…» — и вижу такое разочарование на его лице. Не знаю, что он ожидал — почувствовать там вкус лаптей или колорадскую лентой оттуда достать, а там нормальная свинина. И комментарии ему пошли от самых приказчиков: «ты укропскую тушенку эш — чтоб ты подавился» — я тогда аплодировал.

— А прямых заказов из России не было?

— Были, но я сказал, что принципиально в Россию не отправляю, если хотите своих братушок получить, то только в цинковом гробу и без этикеток — это договаривайтесь с так называемыми ДНР и ЛНР — они вам «КамАЗы» понагружають полные, потому что не знают где их хоронить.

— Из всех регионов Украины были заказы?

— Практически да. Я сочинял для себя такую ​​карту. Больше всего заказов было с Киевщины, Одесской, Донецкой, Днепропетровской и частично из Львовщины. Меньше всего — с Волыни, Закарпатья и с Сумщины.

— Кто-то из известных политиков пробовал «Сепаров»?

— Кто-то видимо пробовал. О Порошенко не знаю, лично ему не вручал. О Зеленского также не знаю, но то было фото, где и Зеленский и «Сепар и сметане» одновременно попали в Одессу. Надо спросить — если будет себя хорошо чувствовать, значит пробовал.

— Об участии в парламентских выборах в прошлом году не жалеете?

— Нет, это очень классный опыт для каждого независимо даже от того, от какой партии баллотироваться. Во-первых, это общение с людьми, становится понятно, что делается у нас вообще в регионе. Это возможность выйти за пределы своего круга общения и поехать в села, где может и не побывал бы и пообщаться с людьми, услышать, как они понимают государственную политику, как понимают события, которые у нас происходят, и для себя можно сделать определенные выводы.

Я для себя выводы сделал. В некоторой степени неутешительные. Потому что большинство наших людей подвергаются внешнему воздействию. А это — телевизор, Интернет, который также часто становится средством манипуляции общественным мнением.

— То, что не выиграли выборы очень разочаровало? Если бы выиграли, комфортно было бы работать в этом составе Верховной Рады?

— Конечно, мне было бы некомфортно. Это то же самое, что попасть, например, в подразделение, где есть 8% нормальных адекватных военных, а остальные — просто набранные из учебного центра, или вообще без обучения. Их надо научить, а кто-то хочет учиться, вникает, а кому-то это совсем не нужно, а кто-то вообще хочет перейти на ту сторону. Так же у нас в парламенте сейчас. Там действительно есть русская пятая колонна, которая хочет затянуть Украину в РФ.

— Но от участия в политике пока отказываться не будете?

— Ну я пока не является представителем политикума, но веду информационную деятельность, направленную именно на евроатлантический курс Украины. Во-вторых, не даю забывать власти, кто их избиратели. Власти не отдаляться от народа. Если они назвали себя «слугами народа» — пусть служат и не забывают, что они «слуги», потому что мы их будем контролировать и следить за каждым их «факапом» и тыкать мордочкой в ​​каждый данный «факап».

— Местные винницкие «слуги народа» на обижаются Вас за какие случаи против их лидеров?

— Мне все равно — обижаются они или не обижаются. Если впряглись, они должны работать. Мне, например, не нравится их поведение с местных СМИ. Недавно трое представителей «Слуги народа» собирали брифинг — сколько туда журналистов пригласили? Двух или трех… А сколько у нас в Виннице есть СМИ? Хватает… Хотя бы с десяток изданий пригласили бы. А почему не пригласили? Потому что боятся неудобных вопросов.

Это же наоборот должно быть классно для любого политика, когда журналист ставит какое-то провокационный вопрос. Если он на него ответил, это ему плюс в политический «актив». Если он боится журналистов, значит ему есть что скрывать.

— «Слуги народа» не предлагали от них баллотироваться на следующих местных выборах?

— Не предлагали и вряд ли предложат — они же меня знают. У меня просто не такой склад характера, чтобы продаться за какие деньги и ретранслировать мысли, которые у меня в голове никогда не возникли.

— Что было с тату-челленджом? Это была шутка ли выбили бы себе портрет Зеленского?

— Я всегда если даю слово, то его придерживаюсь. А это был скорее такой эксперимент: поскольку у нас народ любит шоу, то я готов был его устроить — в прямом эфире нанести татуировку с портретом Зеленского. Не буду говорить, на какой части тела … 🙂 Но быть для этого тысячи заказчиков «Сепара в сметане». И тут возникла такая дилемма: в основном сторонники Зеленского среди интернет-аудитории — это русскоязычная часть населения, которая в некоторой степени поддерживает террористические взгляды «ЛНР-ДНР». Это среди интернет-пользователей, а если в реальной жизни, то это большинство людей, которые были против Порошенко и принципиально против него голосовали. Вот я думал, сторонники Зеленского на эту акцию «купятся» или они не будут принципиально «Сепара в сметане» брать, потому что для них это «людоедство». Для них слово «сепар» означает человека. А «сепар» не значит «человек». Не «купились» они …

content 107433006 3099624563446727 2379523056131626375 n

— Но потом в «втором раунде» с тату Порошенко так же не получилось?

— Ну этот раунд уже не вызывал уже такой резонанс и ажиотаж. И, если «порохобот» будет набивать себе портрет Порошенко, это будет не так эпически и шоу уже не получится 🙂 А сторонники Порошенко менее склонны к тому, чтобы требовать шоу.

— Но эскиз тату с Порошенко был неплохой и будет жаль, если он пропадет…

— Может кому сделаю, кто захочет. Сейчас я поставил себе цель — переучиться с мастера, который только сам себе делает, на сертифицированного мастера тату. Затем хочу открыть салон и охотно клиенту нанесу этот эскиз. Я не хочу, чтобы ко мне сейчас пришел человек, попросила портрет Зеленского, а я буду несертифицированным мастером — это неправильно 🙂 Бизнес должен быть белым и открытым.

content 72767527 2629687630404496 2448279376177922048 o

— К слову, о бизнесе: государство сейчас помогает ветеранам с открытием собственного дела? Ибо говорят об этом много …

— Говорят, действительно, много. Я, например, слышал, что правительство предлагает налоговые скидки, но я этому правительству мало верю. Знаю, что там, где дадут скидку, потом заберут намного больше. Поэтому сейчас оформлять и организовывать какой-то серьезный бизнес, особенно после тех мер, которые были введены во время карантина, очень страшно. Знаю немало людей среди ветеранов, очень много потеряли как раз через эти карантинные мероприятия. Хотя обещали и поддержку, и налоговые каникулы, а где оно все?

— А обещанную ветеранам землю уже не приходится?

— Я земли до сих пор даже одной сотки не получил…

— Многих из тех, кто получил землю, использовали некие «аграрные махинаторы» — подставили или заставили отдать в аренду?

— Есть много схем, по которым у ветеранов землю скупают за бесценок. Проблема того, что ветеранов часто используют, вообще актуальна. У ветеранов сейчас есть несколько путей. Один, много АТОвцив выбирает — возвращаться на службу. Второй вариант — на свой страх и риск открывать бизнес с привлечением инвесторов, которые поверят этому ветерану, но здесь, в первую очередь, нужно поверить самому в себе. Если сам в себя не веришь — ни один инвестор у тебя не поверит. Третий вариант — плохой — втягиваться в различные криминальные структуры, то есть продавать свои «услуги». Я лично против этого. О политике, то, если у человека есть голова на плечах, если он сам понимает, чего хочет, пусть пробует. Сейчас многие политические силы приглашают к себе ветеранов, предлагают пробиваться в местные органы власти. Если даже человек не пройдет, проигрывает, это будет очень хороший опыт.

Некоторые общественные организации сейчас объявляют «сафари на вату», как к этому относитесь?

— Во-первых, я против того, чтобы они это делали со съемкой на видео и выбрасывали это в публичное пространство. Если хотят проводить некую «воспитательную работу» с такими людьми, можно делать это более или менее цивилизованно и «изящно». Во-вторых, я — не сторонник таких методов «перевоспитание». Возможно, я просто это все «перерос».

— Какие сейчас настроения в армии, среди ветеранов? Патриотический дух еще на подъеме?

— К сожалению, он немного тухнет. Чтобы сохранялся подъем, нужно в информационной плоскости поддерживать этот патриотический дух. А этого мы в последнее время не видим абсолютно ни от власти, ни от медиасообщества. Есть журналисты, которые остаются верными своему долгу и продолжают освещать тему армии, ООС, но смотреть на общее информационное пространство, этот вопрос уже снят с «повестки дня» и мало поднимается.

Боевой дух также падает, когда не удовлетворены основные потребности человека, в том числе физиологические. Например, поесть — солдат должен быть сытым в первую очередь. Начали приостанавливать реформу питания в армии — начал падать моральный дух.

Когда у нас наращивалось обеспечения военных, подъем моральный был. Сейчас передовые разработки обмундирование завершились, нового ничего не закупается, центр развития и сопровождения материального обеспечения ВСУ расформирован, грубо говоря, поставленные там свои люди.

В результате центр не принимает новые разработки, не рассматривает их. А еще видим, как приходят гражданские лица в воинские части и изымают запчасти, которые им ни к чему, а для обороноспособности крайне важны … От этого боевой и патриотический дух подниматься не может …

content 89781154 2963453140361275 8179150540987432960 n

Сергей Маламура, «На Париже»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

шестнадцать − 4 =