Интервью Культура Новости

Историк Федоришен рассказал о планах открыть в Виннице новый музей

«Мы не планируем создавать в городе центр петлюроведения»

Бывшая усадьба владельца винницкого завода «Молот» (ставшего позже агрегатным) Боруха Львовича в историческом ядре города имеет почтенный возраст – 106 лет, но не слишком хорошее состояние. Страсти вокруг этого здания подогрела установка во дворе памятника Симону Петлюре, что неоднозначно восприняли винничане. Вероятно, вскоре именно там разместят новый винницкий музей. Как уверяет директор КП «Центр истории Винницы» Александр Федоришен, напряжение вокруг идеи создания музея подогревается искусственно, а обвинения в осквернении памяти евреев безосновательны.

«Это одна из трех самых привлекательных, самых лучших усадеб Винницы начала 20-го века, она имеет акцент «места памяти»

– Когда можно ожидать передачу части помещения дома бывшего облрадио, построенного Борухом Львовичем, по ул. Петлюры, «Центру истории Винницы»?

– Учитывая опыт работы с 2017 года, я бы не хотел говорить о конкретном месяце, но надеюсь, что это произойдет в этом году.

– Речь идет только об одной комнате?

– Очевидно, есть смысл откорректировать наши планы 2017 года, озвученные тогда публично. Когда мы говорили об одной комнате в помещении, посвященной теме жизни города 1917-21 годов под названием «Музей Временной Столицы», предполагалось соседство с Винницким областным радио. Эта стратегия была актуальной до весны прошлого года. Но когда появилась информация о том, что «UA Общественное» в результате реорганизации и сокращения приняло решение о переезде областного радио на ул. Театральную в единый общий офис, мы поняли, что вещателю на общеукраинском уровне эта усадьба не нужна. К тому же, ее могут передать в коммерческую аренду.

Замечу, что речь идет об одной из трех самых привлекательных и знаковых усадеб Винницы начала 20-го века. Две другие – дома Четкова и Длуголенского. Дом Львовича имеет уникальную историю и выразительный акцент «места памяти». При передаче в аренду такого дома Винница в целом проиграла бы.

Ранее «Центру истории Винницы» был передан на баланс дом на Соборной, 89, но это здание без ассоциаций, хотя когда-то там размещалось уездное казначейство. У него также есть история, но ее труднее донести и использовать для планирования будущей экспозиции.

Помещения по ул. Петлюры сейчас находится, по-прежнему, в государственной собственности, но переданы в оперативное управление Винницкой ОГА. Еще в конце года между городской и областной властью было заключено соглашение о создании «Музея Винницы». Я надеюсь, что в ближайшее время это здание может стать коммунальной собственностью, где и разместится «Центр истории Винницы».

Усадьба интересна своими черноморскими, таврийскими мотивами, она больше подходила бы Одессе, Херсону, Симферополю и Кишиневу, но проект именно такой виллы в свое время понравился семье Львовича.

Впервые за многие десятилетия она, наконец, может стать открытой, в первую очередь, для музейных идей различного характера, не только тематически связанных с событиями Украинской революции.

– То есть предполагается создание не только офисных помещений?

– Согласно своей стратегии развития, коммунальное предприятие «Центр истории Винницы» должно превратиться в коммунальное учреждение – «Музей Винницы», попасть в официальный правительственный перечень украинских музеев, иметь возможность быть распорядителем предметов Музейного фонда Украины и ввести в научный оборот те предметы, которые были собраны, подарены или закуплены нами с 2017 года. Также это позволит упростить контакты с нашими коллегами и партнерами в городе, в регионе, в Украине и за рубежом.

Несомненно, в этом помещении должно быть предусмотрено пространство для временных выставок, ведь современный музей не должен быть статичным. Экспозиция – это живой организм, фонды так или иначе пополняются, коллеги предоставят для выставок старинные вещи. Также я не исключаю вероятность выставок о современности, общественной или общественно-политической жизни нашего города и региона. Мы сознательно называем будущее учреждение «Музей Винницы», а не «Музей истории Винницы».

 «Российская империя шаг за шагом готовила поколения профессиональных антисемитов через церковно-приходские школы и начальное образование»

– Как считаете, почему отношение винничан к чествованию Симона Петлюры разделились?

– Мне кажется, проблема не в фигуре Петлюры. Проблема в том, что «Центр истории Винницы» не может представить видение развития этого помещения, ведь оно принадлежит государству в лице областной власти. А распоряжаться, не имея достопримечательности на балансе, было бы неэтично.

В чем мы можем заверить сейчас, до презентации концепции использования? Это не будет музеем Симона Петлюры. К тому же, мы не применяем в названии дефиниции «Центр петлюроведения» или «Центр исследования Украинской революции на Подолье».

Еще в 2017-м мы декларировали, что название «Музей Временной столицы» не означает, что учреждение представит лишь три месяца городской истории. Речь шла о комплексном взгляде на жизнь Винницы в 1917-21 годах.

Какой эта жизнь была? Прежде всего, это бурное украинское наследие, укомплектованное различными фондовыми предметами. Могу анонсировать, что Центр обладает уникальными экспонатами времен УНР, к примеру, документами и печатями. Сможем их представить в будущей экспозиции.

Период, о котором я говорю, очень интересный – первые демократические выборы в городе в 1917-м, советская власть в городе, период «временной столичности» Винницы, участие каждой из национальных общин – польской, еврейской и других – в этих процессах.

Удивительно, но иногда нас ранее обвиняют в игнорировании «еврейского вопроса» в еще не созданной экспозиции. Как по мне, обойти этот пласт в усадьбе одного из самых известных винничан еврейского происхождения Боруха Львовича, невозможно.

– Оппонентов удручает то, что памятник Петлюре расположен в историческом районе Иерусалимке?

– Точнее, стоит вплотную к ней. Открываем справочник Винницы 1911 года, где видим, что фамилия «Львович» не фигурирует среди домовладельцев Иерусалимки. Дом Боруха Моисеевича зарегистрирован на Князь-Ольгердовском переулке, нижний участок которого действительно сейчас является частью этого района. Еще одно некорректное утверждение состоит в том, что в усадьбе якобы функционировала синагога.

– А кто это утверждал?

– Определенные еврейские общественные объединения. Никто не отрицает, что Львовичи удерживали синагогу и еврейскую школу для мальчиков. Но действовала она в соседнем доме под номером 13, в котором, из-за хаотичных пристроек трудно узнать значительно более старую усадьбу этой семьи, построенную еще, вероятно, в середине 19-го века. Там также действовали ряд религиозных, культурных и образовательных инициатив, поддерживаемых «стальными королями Винницы».

Ну и возвращаясь к личности Петлюры. В советское время этого человека демонизировали. Кстати, не только его. Негативное отношение прививалось ко всему, что связано также с понятиями «мазепинцы – петлюровцы – бандеровцы».

Что касается еврейских погромов на территории Подолья, то эта тема является малоисследованной. Несомненно, одна из задач будущего «Музея Винницы» – изучить документы по этому вопросу – в Центральных архивах Киева, Отраслевом архиве СБУ и прочих.

Констатирую, что погромы – одно из самых позорных явлений периода Украинской революции. Возникло это явление не в 1917-м году, оно обрело системный характер на рубеже 19-го и 20-го веков. К тому же, начиная с конца 18-го века, Российская империя шаг за шагом готовила поколения профессиональных антисемитов через церковно-приходские школы и начальное образование, выводя антисемитизм в ранг государственной политики.

Каждая из воюющих в то время сторон – в начале 20 века – была причастна к этому явлению. Безусловно, украинская тоже. В погромах в основном участвовали нерегулярные партизанские соединения на рубеже 1918-19 годов, когда ситуация в Украине была фактически неконтролируемой.

Возьмем биографически отстраненный, но типичный пример «человека с оружием» того времени. Имея причудливые полузнания, пройдя горнило и ужасы Первой мировой войны, где насильственная смерть была обычным явлением, он приобщается к «государственному строительству» на руинах уже несуществующих империй со своими простыми ответами на трудные вопросы, грабя и убивая «чужих». Почему евреи были первыми на этом трагическом пути? Обычно ответа, что «это те, кто распяли Христа», было достаточно.

 «Винницкий еврей-адвокат был членом Центральной Рады и на суде защищал обвиняемых в массовых репрессиях»

– Формат круглых столов для решения исторического спора может быть действенным?

– Очевидно, действенным. Но трудно вести дискуссию, когда нет конечной цели, услышать и понять друг друга. В 1917-м еврейская община, как равная среди равных, была представлена ​​в Центральной Раде, в том числе и жителями города. Например, Хаим (Ефим) Радбиль – гласный городской Думы, украинский парламентарий революционной эпохи от Объединенной еврейской социалистической рабочей партии.

В 1919-м он принял от украинской власти задание чрезвычайной сложности – защищать в качестве адвоката большевистского чекиста Максимовича, обвиняемого в массовых репрессиях против местного населения осенью и летом того года. То есть, речь шла о попытке в тех пограничных, сверхсложных условиях выстраивать какие-то островки цивилизации, эпизоды господства права над силой.

Вернемся к Симону Петлюре. Никакого подтверждения в том, что им отдавались приказы о погромах, не существует. Еще будучи журналистом, он писал материалы, где разоблачалось неравенство в правах еврейской общины в реалиях империи. Будучи семинаристом, имел прозвище «еврейский отец», поскольку защищал местных мальчишек от своих «братьев по вере». Но судьба распорядилась так, что победители этого противостояния – коммунисты – сделали из него главного антисемита революционной эпохи.

Однако следует признать, что Петлюра, как и большинство политических или военных деятелей того времени, несет долю ответственности за «бардак», который проходил в конце 1918-19-го годов, «пиковый период» еврейских погромов. По аналогии, президент Петр Порошенко разделяет свою долю политической ответственности за преступления и нарушения прав человека в ОРДЛО или Крыму в 2014-19, поскольку де-юре это тоже Украина. А теперь и Зеленский.

Белых пятен в том революционном периоде еще очень много, и задача научной среды – как можно быстрее его исследовать и документально осветить.

В нашем случае с памятником констатируем, что Петлюра имел отношение к этому помещению: там находилась его военная и гражданская Канцелярии. Инициатива по установлению там мемориального знака была еще с 1990-х. Но благодаря взаимодействию благотворителя (местного бизнесмена С. Капусты, – прим. авт.) и городской власти появился памятник.

– Не было ли мыслей о создании для «равновесия» музея художника с мировым именем Натана Альтмана, который родился в Виннице, некоего творческого пространства, которое можно назвать его именем?

– Отсутствие такого пространства является проблемой для города. Даже «Центру истории Винницы», не имея собственного помещения, отчасти сложно подыскать помещение для выставки. Винница вообще очень серьезно теряет, не имея определенного культурно-образовательного или музейного центра Подольского еврейства. Это же потерянная Атлантида… Сегодня в Виннице единицы могут понимать или говорить на идиш. Я убежден, что в городе рано или поздно появится качественное общественное пространство, связанное с именем Альтмана. Такая инициатива существует уже несколько лет.

К примеру, на Краснокрестовской действует спортивная школа по акробатике и прыжкам в воду, расположенная в бывшей синагоге. Если в будущем для школьников, которые там занимаются, появится достойная альтернатива, почему бы не использовать именно это сооружение для такого музейного центра?

Кстати, из бывшего кирпичного завода по объективным причинам выселили общественный музей Холокоста Винницкой области. Насколько мне известно, сейчас его фонды вместе с музеем еврейского быта Подолья получили приют в одном из национально-культурных обществ.

Возможно, когда-то эти музейные инициативы объединятся в общем концептуальном формате  музея Иерусалимки или музея еврейской культуры Подолья. А сегодня город теряет из-за того, что не актуализирует эту часть своей истории. Еврейская Винница – это пласт более чем 500-летней истории от князей Острожских до сегодняшнего дня.

– «Музей Винницы» предполагается расположить в нескольких зданиях. Вариант с Башней изучался? Есть ли смысл переноса «Музея воинов-интернационалистов» в другое помещение?

– Почти 80% винничан считают Башню главным символом города. История памятника поражает: водонапорная башня, пожарная каланча, военный корректирующий пункт, жилой дом, музей боевой и революционной славы, ныне музей воинов Винницкой области. В 70-х мы даже могли ее потерять «как не соответствующую социалистическому облику советского города». Но отстояли и сохранили.

Я не думаю, что музей афганцев – это плохая идея. Он фиксирует определенную веху истории Украины и нашего региона. И афганский период, как и чернобыльский, заслуживает адекватной репрезентации. В свое время мать Героя Небесной Сотни Максима Шимко, Зоя Кузьменко, предложила создание «Музея Мужественных», который бы совмещал экспозиции по войне в Афганистане, Чернобыльской катастрофы, революции Достоинства, войны на Востоке и тому подобное. На первый взгляд, такой «гремучий коктейль» несочетаемый, но музейщики умеют делать чудеса.

– Сколько существует подобных винницкой башни зданий?

– Не так уж и много. Похожие есть в Мариуполе, Житомире, вспоминаю о Киевском музее воды, еще с десяток сооружений в Украине, учитывая паровозные башни на старых вокзалах. Может ли в Башне разместиться «Музей Винницы», который будет рассказывать о более чем 650-летней истории города? Очевидно, он попросту там не поместится.

Источник: “РЕАЛ”

1 комментарий

  1. Це було б дуже добре. Це наша історія. А якщо цим займається Федоришен – тільки “ЗА”.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

5 + десять =